Олег Гусев: «Занимайся чемпионами!»

Текст создан в рамках проекта «Завлабы»: редакция PCR.news задает вопросы руководителям лабораторий, отделов и научных групп. Что бы вы сделали, если бы были всемогущи? Как должен выглядеть идеальный мир через 50 лет? Что вам не дает покоя? Какому главному правилу вы можете научить начинающих исследователей? И так далее.

Гордость возникает, когда видишь практический результат, когда «что-то сделали». Сейчас очень много говорится о трансляционной медицине, когда результаты исследований напрямую транслируются в жизнь. И наш онкопроект — это, пожалуй, один из самых прикладных проектов, возникший несколько лет назад, когда мы задались вопросом «а какой же спектр наследственных мутаций у российских пациентов в онкологии?». Оказалось, что у нас крайне мало знаний по этой теме, и для решения такого важного вопроса была организована новая геномная лаборатория, которая за два года сумела создать базу данных наследственных мутаций россиян в онкологии, причем в объеме, превышающем те сведения, которые были когда-то накоплены на территории СНГ. Такая грандиозная работа была выполнена практически «с нуля» молодым коллективом из 10 человек. И это же не просто исследования для науки: врачи, работавшие с нами в этом проекте, могли сразу применять эти знания на практике! И это, конечно, приятно, поскольку часто, когда у меня — а я классический биолог — спрашивают «а вот кому, зачем это нужно?», не всегда находятся правильные слова: «Ну… для науки … в перспективе…» А этот онкопроект имеет именно практическое значение.

Иногда начинающие исследователи задаются вопросом: «А что бы такое поизучать? Вот есть лабораторные мыши, крысы, свинки. Есть собачки, есть люди. А вот что бы такое найти необычное?» Я всегда вспоминаю в этом случае наставления моего научного руководителя из Японии, который однажды сказал: «Хочешь заниматься интересным и не сомневаться в своем выборе — занимайся чемпионами!» То есть такими организмами или феноменами, которые обладают невероятными по сравнению с другими особями способностями. Тогда у тебя не будет сомнений. Ведь если ты изучаешь, например, организм, который может улететь в космос и десятилетия прожить в вакууме, то это реально бесценный двигатель! А наша лаборатория экстремальной биологии изучает феномен ангидробиоза — жизни без воды. Один такой яркий представитель экстремофильных животных, объект нашего исследования, — комар-звонец, личинки которого, мотыль, используют для рыбной ловли. На самом деле их сотни видов, в одной Москве — десятки, но есть один вид, живущий в Африке, который научился высыхать на стадии мотыля, отлеживаться в таком состоянии год и после следующего дождя оживать и продолжать свою жизнь. Сейчас, когда технологии позволяют изучать генетику на уровне отдельных клеток, нам интересны процессы, происходящие с мозгом этого комара, в котором на стадии высыхания все процессы кристаллизуются и затормаживаются, а буквально за несколько секунд при добавлении воды — вжжух! — запускаются снова. Вот это как раз то, что нас необычайно заводит. И просто счастье, что таких уникальных фантастических тварей на самом деле много.

Наши представления прошлого века о тканеспецифичности организма были абсолютно неверны. Мы до сих пор плохо представляем себе, насколько многообразны, насколько гетерогенны могут быть клеточные типы.

Меня потрясла одна вещь, которая связана прогрессом в понимании процесса регенерации. Недавний случай, который обсуждал весь мир: история с девочкой, потерявшей при пожаре до 70% кожи. Команда медиков-профессионалов сумела вырастить из собственных клеток ребенка недостающую часть кожного покрова и удачно его пересадить пациентке. Эта фантастическая история сподвигла нас, наших коллег из Каролинского университета в Швеции и наших партнеров из Гарвардской медицинской школы инициировать еще один проект со схожей тематикой. Есть такое существо — иглистая мышь (рода Acomys), которая, подобно ящерице, теряющей при опасности хвост, при нападении на нее буквально «выскакивает из своей шкуры», сбрасывая до 80% кожи. Это объясняется уникальным механизмом крепления эпидермиса к нижележащим тканям организма. Но самое интересное, что потом такая мышка способна вырастить кожу заново. Это просто фантастика!

Раньше люди, которые были приближены к науке, чувствовали себя более расслабленно. Потому что они работали в редких, уникальных лабораториях, оснащенных современным для того времени оборудованием. Сейчас ситуация изменилась радикально. Новые умопомрачительные технологии исследований не только возникают в больших количествах, но и очень быстро становятся рутинными. Посмотрите, тот же CRISPR или геномное редактирование — это все станет рутинной технологией буквально через год-два. И сегодня мечтать о создании центра редактирования генома — глупо! Сейчас на первое место выходят врачи и биологи с их уникальным опытом наблюдения необычных фенотипов пациентов и биологи, наблюдающие уникальные феномены в живой природе. Занимаясь экстремальными организмами, мы с помощью геномного редактирования учимся приучать клетки модельных организмов обходиться без воды, и говорим о том, что да, через несколько лет человечество научится высушивать отдельные органы. Это правда, это будет, мы верим, очень скоро, но! По сравнению с нашими другие топовые направления в медицине в мире развиваются просто фантастическими темпами. Откройте любой из последних выпусков Nature или Science — вот где настоящий прорыв! Терапия рака, терапия моногенных заболеваний, клеточные технологии для лечения ВИЧ-инфицированных — этого не надо ждать 50 лет, динамика развития наших знаний и технологий сегодня такова, что все это мы увидим уже в ближайшем будущем.

Надо заниматься маргинальными темами. Меня часто спрашивают: «Как российским ученым занять свою нишу в мировой науке? Как выйти на лидирующие позиции?» И многие мои коллеги — и среди них ученые с мировым именем — дают по этому поводу простой совет: «Надо заниматься маргинальными темами». А это значит, обращать внимание на такие феномены или биологические факты, которые интересны именно нашей стране, а другие страны это по каким-то причинам не очень интересует, либо нам доступны уникальные биоресурсы для исследований. И поэтому сегодня наша стратегия выживания ученых-исследователей в мире российской науки, да и выживание самой российской науки в мире — это занятие маргинальными, то есть уникальными, феноменами, которые и дают, собственно, тот азарт, о котором мы говорили вначале.

В последнее время наше государство сделало несколько важных шагов. И самое лучшее, что случилось в российской науке за последние несколько лет — это появление Российского Научного Фонда. Благодаря его деятельности многие ученые сумели получить большие хорошие гранты для интересных и важных исследований. И РНФ сделал еще одну интересную вещь: если раньше многие российские ученые работали «в закрытом режиме» (не планировали и не пытались публиковаться в международных журналах), то фонд “насильственным” способом, через грант, обязал их иметь такие публикации в международных журналах, входящих в мировые научные базы. Благодаря этому поднялся общий уровень российских ученых, появились новые имена в мире науки. Но с другой стороны, этот же РНФ с его системой поддержки российских ученых не дает возможности топовым зарубежным ученым, в том числе русскоязычным, подключаться к работе над такими грантами. Потому что для российских ученых иметь хоть какую-то публикационную активность, даже в низкоимпактном зарубежном издании, это шаг вперед. А для тех, кто работает в известных научных университетах, важно качество науки, когда может выйти одна статья за 5 лет, но она произведет фурор! В нашей стране пока нет такого механизма. И, учитывая, что именно сегодня на государственном уровне обсуждаются такие масштабные программы как федеральный проект «Наука», программы генетических исследований, я бы предложил создать некий пул научных проектов, ориентированных на мировых топовых ученых. Планка таких проектов заведомо должна быть выше, то есть результаты исследований должны соответствовать мировому уровню. Вот то, что для нас актуально.

Не знаю, насколько мои решения в жизни были правильными, я изначально выбрал тематику, объект, который был мне интересен. И все те люди, которых я знаю как достаточно известных в своей области ученых, они все шли в науку, шли к своим открытиям «по зову сердца». Надо заниматься тем, что тебя мотивирует, что тебя «торкает». Это главное. Да. И еще: во время становления тебя как ученого важно попасть в сообщество, живущее той же тематикой, делающего те же вещи, что и ты, чтобы ловить это отражение и получать обратную связь. Важно оказаться в правильном окружении, которое задаст тебе правильную планку. Поэтому начинающим исследователям я просто настоятельно рекомендую побывать на стажировке за рубежом, чтобы понять, кто ты и где твое место в этой теме по отношению к миру. Потому что наука — предмет объективный, и важно хорошо понимать систему координат, единую для всего мира, и знать свое место в ней, чтобы не почивать на несуществующих лаврах. Надо быть предельно честным с собой, именно с осознания своего реального места начинается настоящее движение вверх.

Добавить в избранное

Комментарии

Вам будет интересно