Неалкогольную жировую болезнь печени может вызывать этанол, вырабатываемый кишечными бактериями

Потеря веса с последующим его повторным набором известна как «эффект-йо-йо». Считается, что такие цикличные изменения вредят метаболизму, возможно, даже сильнее, чем стабильный избыточный вес. Однако исследователи из Дании и Германии подробно проанализировали данные о том, как эффект йо-йо влияет на здоровье, и не нашли убедительных доказательств его однозначной опасности. 

Авторы сопоставили результаты длительных наблюдений, клинических испытаний и опытов на животных моделях. Исследования, в которых отслеживали состав тела, не подтвердили предположение о том, что циклические колебания веса приводят к еще большему ожирению и непропорциональной потере мышечной массы. Свидетельств долгосрочных нарушений метаболизма исследователи также не обнаружили. Как правило, повторный набор веса приводил к исходному состоянию, а не к ухудшению. Зарегистрированные в работах нежелательные явления, по мнению авторов, могут носить косвенный характер, связанный не с колебаниями веса напрямую, а, например, со старением или внешними факторами.

Авторы подчеркивают: повторный набор веса сводит на нет многие полезные эффекты похудения, такие как нормализация уровня сахара в крови, артериального давления и содержания липидов. Но это не то же самое, что ухудшение показателей и дополнительное повышение риска.  

Продление ночного голодания на два-три часа улучшило показатели сердечно-сосудистого и метаболического здоровья как во время сна, так и в течение дня. Ночное артериальное давление снизилось на 3,5%, частота сердечных сокращений — на 5%. В течение сна наблюдалось естественное снижение обоих показателей по сравнению с дневным временем суток; их выраженный суточный ритм связан с лучшим состоянием сердечно-сосудистой системы. Также улучшился контроль уровня сахара в крови в дневное время.

Это доступная стратегия снижения риска сердечно-сосудистых заболеваний без изменения потребления калорий, отмечают авторы. Они планируют доработать предложенный протокол и провести более масштабные многоцентровые испытания.

Примерно каждый пятый человек, принимающий агонисты рецептора GLP-1, становится чувствительнее к сладкому или соленому вкусу пищи. Об этом сообщили в докладе на ежегодном съезде Европейской ассоциации по изучению диабета (EASD) в Вене.

Авторы исследования опросили более четырехсот добровольцев, страдающих ожирением и принимающих семаглутид или тирзепатид для снижения веса. Из 411 участников (69,6% женщин) 148 человек принимали Оземпик (семаглутид), 217 — Вегови (семаглутид), еще 46 — Мунджаро (тирзепатид). Медиана длительности приема была сопоставимой во всех трех группах (43, 40 и 47 недель, соответственно). Средний индекс массы тела (ИМТ) до начала лечения составлял 34,7 в группе Оземпика, 35,6 в группе Вегови и 36,2 в группе Мунджаро.

Участников опросили об изменениях в восприятии вкусовых ощущений после начала терапии. Также их опрашивали об изменениях аппетита и потребления пищи. Около пятой части участников отметили, что пища кажется им на вкус более сладкой (21,3%) или более соленой (22,6%), чем до лечения. Восприятие горького и кислого вкуса не изменилось. Более половины — 58,4% — также сообщили о более быстром насыщении и общем снижении аппетита. Дальнейший анализ выявил связь между этими изменениями — участники, сообщившие, что после начала терапии пища стала казаться более сладкой, в два раза чаще сообщали о снижении аппетита, чем участники, которые заявили, что их восприятие сладости не изменилось. Аналогично, участники, которые стали чувствительнее к соленому вкусу, примерно вдвое чаще говорили об уменьшении аппетита.

Снижение ИМТ с поправкой на длительность лечения, дозировку, исходный ИМТ, возраст и пол составило 17,4% в группе Оземпика, 17,6% в группе Вегови и 15,5% в группе Мунджаро. Однако связи между изменениями во вкусовом восприятии и снижением ИМТ не было. По предположениям исследователей, это связано с тем, что ощущение вкуса — лишь один из многих факторов, регулирующих потребление пищи и участвующих в снижении веса.

Материнское молоко считается оптимальным для вскармливания младенцев. Однако не у всех матерей есть возможность кормить грудью несколько раз в течение суток, и они могут использовать сцеженное молоко. Исследователи из США и Канады пришли к выводу, что время кормления таким молоком стоит подстраивать под время сцеживания — иначе суточные колебания состава молока будут отклоняться от циркадных ритмов ребенка.

Чтобы проанализировать суточные колебания состава грудного молока, ученые получили его образцы от 38 кормящих матерей. Сбор производился в четыре временных точки (6 утра, 12 дня, 6 вечера и 12 ночи), образцы молока от каждой участницы получали один или два раза (во втором случае между сбором проб проходил примерно месяц). В этих образцах авторы работы методом иммуноферментного анализа измеряли уровни кортизола, мелатонина, иммуноглобулина А (IgA), лактоферрина и окситоцина. Также они проанализировали состав микробиома, используя секвенирование генов 16S рРНК.

Ученые обнаружили, что в зависимости от времени суток концентрации мелатонина и кортизола в молоке сильно варьировали. Уровни лактоферрина и IgA изменялись при разделении по полу или возрасту младенца, а также индексу массы тела матери. Также менялся микробиом грудного молока: ночью были выше доли кожных бактерий, а днем — бактерий окружающей среды. Эти суточные изменения в составе грудного молока подчеркивают физиологическую значимость поддержания естественной временной динамики грудного молока, которая может быть нарушена, если время кормления младенца заранее сцеженным молоком сильно отличается от времени суток, когда это молоко выделилось.

На ежегодном собрании Европейской ассоциации по изучению диабета в Вене будет представлен доклад, в котором показано, риск развития диабета 1 типа выше у тех, кто провел детство в деревне, а не в городе. Авторы проанализировали данные 21 774 жителей Швеции, которым диабет диагностировали в 2005–2022 годах (средний возраст постановки диагноза —13,6 лет).

Если учитывать адреса проживания пациентов на момент постановки диагноза, то можно выделить четыре кластера с повышенным риском, все они находятся в сельской местности. Там относительный риск развития диабета 1 типа на 30–80% выше, чем в среднем по стране. Напротив, в городах были выявлены кластеры с пониженным риском (риск ниже на 20–50%).

Если учитывать адреса проживания в первые пять лет жизни, независимо от возраста постановки диагноза, то можно выявить 11 кластеров высокого риска, где риск постановки диагноза выше на 20% — в 2,7 раза, чем в среднем по стране. Еще авторы выделили 15 кластеров с низким риском (риск на 20–88% ниже), все они находились в городах. Они пока не могут объяснить эти наблюдения, но у них есть несколько гипотез. Вирусные инфекции чаще встречаются в раннем возрасте в городах, и это может защитить человека от будущих аутоиммунных заболеваний, включая диабет 1 типа. Проживание в сельской местности может быть связано с более частым воздействием, например, пестицидов и аллергенов.