Палеогенетики отследили происхождение носителей уральских и енисейских языков

В масштабном исследовании под руководством одного из ведущих палеогенетиков в мире Дэвида Райха (Гарвардский университет) специалисты проанализировали 180 древних геномов, чтобы проследить происхождение носителей языков из уральской и енисейской языковых семей. Среди авторов статьи в Nature — палеогенетики и археологи из США, многих европейских стран, Казахстана, а также некоторые генетики и большое число археологов из России (Новосибирск, Барнаул, Красноярск, Санкт-Петербург, Москва).

На языках уральской семьи говорят по всей Северной Евразии — от Центральной Европы до Северо-Восточной Сибири, но место их возникновения остается дискуссионным вопросом. Есть несколько кандидатов на прародину уральских языков — Алтай-Саяны, Сибирь между Обью и Енисеем, Поволжье и Восточная Балтика. Из языков енисейской группы в настоящее время сохранился только кетский, но в прошлом они были широко распространены. Их связывают с языками на-дене́ коренных народов Северной Америки.

В данной работе ученые получили геномные данные для 180 человек, принадлежащих к нескольким археологическим культурам — от мезолита (11 тыс. лет назад) до бронзового века (4 тыс. лет назад), живших на территории от Волго-Уральского региона до реки Лена. Секвенирование проводили с помощью Illumina NextSeq 500 или HiSeq X 10, а также применяли обогащение по более чем 1,2 млн однонуклеотидных полиморфизмов (SNP). Полученные данные объединили с ранее опубликованными — они охватывали 1 312 древних индивидов из тех же регионов и тех же периодов времени.

По геномным данным специалисты провели анализ главных компонент (РСА) и анализ ADMIXTURE (оценивает вклад древних популяций в геномы, подробнее можно прочитать на PCR.NEWS). По данным РСА у древних людей лесостепи и южной окраины лесной зоны Северной Евразии, живших в промежутке от 10 до 5 тыс. лет назад (в основном охотников и собирателей, но уже использовавших керамику), обнаружился генетический градиент от Балтики до Забайкалья — его протяженность составила около 7000 км. Авторы назвали его североевразийской клиной охотников-собирателей (NEAHG). В пределах этой клины генетический профиль охотников-собирателей меняется от полностью европейского до восточноазиатского, а ее центр расположен вблизи места нахождения известного древнего индивида с Афонтовой горы (палеолитическая стоянка на левом берегу Енисея, образец AG3). В популяциях клины NEAHG в разных пропорциях прослеживаются четыре компонента: западноевропейских охотников-собирателей (WHG), восточноевропейских охотников-собирателей (EHG) и древних североевразийцев (ANE), а также восточноазиатский компонент. Со временем клина NEAHG фрагментировалась в ходе миграций групп населения как с запада (степные кочевники бронзового века ямной культуры), так и с востока (культуры байкальского позднего неолита — бронзового века).

Более детально ученые исследовали генетическую историю населения отдельных регионов. Геномные данные 100 жителей Северо-Восточной Сибири, Предбайкалья и Забайкалья с помощью F4-статистики они сгруппировали в семь генетических кластеров, которые во многом совпали с археологическими культурами. Моделирование выявило в их геномах несколько компонентов. Среди них авторы выделяют палеосибирский (APS), сыгравший ключевую роль в генетическом формировании всех более поздних групп Сибири, а также коренных жителей арктической Северной Америки. Он смешивался с восточноазиатским генетическим компонентом, который прослеживается в Забайкалье, на Алтае и в Северо-Восточной Сибири, причем доля последнего увеличивается со временем.

Как показал дальнейший анализ, популяции Прибайкалья позднего неолита — бронзового века (Cisbaikal_LNBA) связаны с распространением енисейских языков. Генетический компонент Cisbaikal_LNBA несут современные народы бассейна Енисея — кеты (сохранившие енисейский язык), самодийцы и сибирские тюркоязычные народы. Этнолингвистические данные и исторические записи указывают на ассимиляцию носителей енисейского языка в популяции южносибирских тюрков — она началась с прибытия енисейских киргызов в VI веке н. э. За исключением кетского, все шесть других ныне вымерших енисейских языков были распространены в регионе, где в современном населении доля генетического компонента Cisbaikal_LNBA достигает пика. А сами кеты распространились к северу Енисея, где живут сейчас, только в XVII веке. У мужчин Cisbaikal_LNBA (со стоянки Глазково) обнаружена Y-хромосомная гаплогруппа Q-YP1691, которая с высокой частотой встречается у кетов и с более низкой — в самодийских и сибирских тюркских популяциях. Таким образом, компонент Cisbaikal_LNBA можно считать генетическим маркером-индикатором для распространения ранних носителей енисейского языка.

С распространением уральских языков связали генетический компонент якутских популяций позднего неолита — бронзового века (Yakutia_LNBA), принадлежащих к Ымыяхтахской культуре. Они могли расселиться из Северо-Восточной Сибири в лесостепь к северу от Алтая-Саян незадолго до 4 тыс. лет назад, что совпадает с распространением в этом регионе соответствующей керамики. Компонент Yakutia_LNBA маркирует как древние, так и современные уралоязычные популяции. Эта закономерность прослеживается и по Y-хромосоме: мужчины Yakutia_LNBA обладали Y-гаплогруппами, которые часты у современных носителей уральских языков.

Авторы попытались разобраться и в явлении под названием Сейминско-турбинский феномен. Он состоит в том, что около 4 тыс. лет назад схожие предметы из бронзы, изготовленные с использованием передовых методов литья, внезапно распространились по огромной территории Евразии — от Китая до Балтики. Феномен назван по двум могильникам — Сейминскому (в Нижегородской области) и Турбинскому (на берегу Камы близ Перми). Генетики связали его с распространением компонента Yakutia_LNBA на запад около 4 тыс. лет назад, поскольку обнаружили этот компонент в геномах многих людей из Сейминско-турбинских могильников. Так что, вероятно, Сейминско-турбинский феномен можно объяснить расселением ранних уралоязычных сообществ. Но в тех же могильниках встречаются и индивиды с иным генетическим профилем. Вероятно, люди из генетически и культурно различных групп были вовлечены в единый социальный процесс — изготовление медных изделий, — и впоследствии были совместно захоронены. Таким образом, считают авторы, ключевыми факторами Сейминско-турбинского феномена были как миграция, так и передача культурных навыков.

«Полученные результаты существенным образом уточняют картину истории населения Северной Евразии, в которой важное значение имела массовая миграция с востока далеко на запад. Северо-Байкальский регион стал отправной точкой такого движения в период неолита, — объясняет для PCR.NEWS соавтор статьи Алексей Алексеевич Тишкин, доктор исторических наук, заведующий кафедрой археологии, этнографии и музеологии Алтайского государственного университета (Барнаул). — Явления, ранее фиксируемые археологами, нашли подтверждение и существенное наполнение новым содержанием при палеогенетических исследованиях и AMS-датировании. Одним из важных результатов, на мой взгляд, стало заключение об общей истории формирования многих народов Северной Евразии, что может рассматриваться в качестве объединяющего компонента».

Установлено происхождение «человека из колодца», упомянутого в «Саге о Сверрире»