Российский ученый планирует при помощи геномного редактирования эмбрионов избавить от глухоты будущих детей

Денис Ребриков, заявлявший ранее о своих планах по геномному редактированию эмбрионов, теперь собирается с помощью CRISPR технологии отредактировать ген GJB2, мутация в котором ведет к рецессивной глухоте. Его будущие клиенты – пять пар из России, гомозиготные по мутантному гену. Для них это единственный способ родить здоровых детей. Но оправдан ли риск?

Изображение:
Meletios Verras | Shutterstock.com

На сайте New Scientist появилась новая информация о планах российского ученого Дениса Ребрикова (зав. лабораторией геномного редактирования Научного центра акушерства, гинекологии и перинатологии им. В.И. Кулакова и проректор по науке РНИМУ им. Н.И. Пирогова). На этот раз Ребриков собирается, используя технологию CRISPR, отредактировать геномы эмбрионов у пяти российских пар, чтобы избавить детей от наследственной глухоты. По его словам, он планирует обратиться в российские официальные органы за разрешением в течение «пары недель».

По мнению других специалистов, использование технологии CRISPR для этой цели потенциально полезнее, чем для предотвращения ВИЧ-инфекции, тем не менее риск на сегодня перевешивает пользу. «Ребриков определенно решился на генетическое редактирование эмбрионов, и я думаю, мы должны отнестись к этому очень серьезно, — сказал Гаэтан Барджио (Gaetan Burgio), эксперт по CRISPR технологии из Австралийского национального университета. — Но слишком рано и слишком рискованно».

В каждой из пяти пар, которых Денис Ребриков пригласил для экспериментальной терапии, оба будущих родителя страдают от рецессивной глухоты, обусловленной геном GJB2. Как рассказал Ребриков в интервью New Scientist, в Западной Сибири распространена мутация гена GJB2 (выпадение одного нуклеотида в 35-й позиции), которая приводит к глухоте, если содержится в обеих копиях гена. Мутантный аллель не проявляет себя, если представлен одной копией, а другая нормальная (то есть в рецессивном состоянии). Для таких людей есть проверенный способ родить здорового ребенка — преимплантационная генетическая диагностика (ПГД), в ходе которой для ЭКО отбираются только эмбрионы без мутаций. Но для данных пар этот метод не подойдет, так как все родители — гомозиготы по этому аллелю, имеют его в двух копиях, а значит, их дети заведомо родятся с глухотой.

«Это понятно даже для людей, далеких от науки, — говорит Денис Ребриков. —- Любой ребенок у этих пар будет глухим, если не использовать генетическое редактирование эмбрионов». Он решил прибегнуть к этому методу как к единственному способу дать им возможность родить здоровых детей.

История с планами на генетическое редактирование эмбрионов набирает обороты. В ноябре 2018 года китайский ученый Хэ Цзянькуй объявил о первом рождении двух девочек, геномы которых были генетически отредактированы с использованием технологии CRISPR. У девочек был изменен ген CCR5, таким образом, чтобы сделать их невосприимчивыми к ВИЧ (их отец ВИЧ-позитивен). Однако только у одной девочки ученому удалось отредактировать обе копии гена, у другой – только одну. Возможно, сейчас уже родился или вскоре родится третий такой ребенок.

В июне Денис Ребриков заявил о своих планах использовать технологию CRISPR для рождения устойчивых к ВИЧ детей в парах, в которых не только отец, но и мать ВИЧ-позитивна. В отличие от Хэ Цзянькуя, Ребриков заранее обнародовал свои намерения и выразил уверенность в том, что ему удастся получить разрешение на эту работу. Теперь он готовит CRISPR-атаку на другой ген. Эксперт Гаэтан Барджио подтвердил, что технически редактирование GJB2 возможно. А что с этических позиций?

В ноябре 2018 года экспертная группа на Втором международном саммите по геномному редактированию определила критерии случаев, в которых генетическое редактирование эмбрионов человека можно считать допустимым. Эти критерии включают медицинскую необходимость вмешательства и отсутствие альтернативных методов лечения. В марте журнал Nature опубликовал меморандум 18 ученых из 7 стран, призывающих временно не применять в клинике редактирование клеток зародышевой линии человека.

Если исходить из критерия отсутствия альтернативы, то пять российских пар действительно не имеют альтернативного способа родить здоровых детей. Сложнее с критерием медицинской необходимости, так как глухота, хотя и делает жизнь человека более трудной, не относится к смертельно опасным заболеваниям. Множество людей живут с глухотой, рожают детей и не видят трагедии в том, что их дети также будут глухими. Они не считают себя инвалидами, они считают себя «другими», наделенными преимуществами, которых нет у слышащих, стараются развивать «культуру глухих» и свой язык. (См. об этом, например, в книге Оливера Сакса «Зримые голоса».)

С другой стороны, на сегодняшнем уровне использования технологии CRISPR остается риск, что редактирование затронет какие-либо другие гены помимо целевого. Кроме того, нет уверенности в том, что каждая клетка организма ребенка будет нести отредактированный вариант целевого гена. «Мы продолжаем считать, что клиническое применение геномного редактирования эмбрионов на сегодня остается безответственным», — говорится в упомянутом экспертном заявлении от ноября 2018 года.

«Первые испытания на людях должны начаться с эмбрионов или младенцев, со смертельными состояниями, которым нечего терять, — говорит биоэтик Джулиан Савулеску из Оксфордского университета. — Мы не должны начинать эти испытания с эмбриона человека, которого ждет почти нормальная жизнь».

По мнению Савулеску, в первых испытаниях по редактированию генов могут участвовать пары, чьи дети могут унаследовать смертельно опасные заболевания, но которые отказываются от скрининга эмбрионов для ЭКО, потому что они против уничтожения эмбрионов по религиозным мотивам. Использовать же геномное редактирование для предотвращения таких состояний, как глухота, допустимо лишь после того, как будет доказана безопасность технологии.

Добавить в избранное

Вам будет интересно