Светлана Ермолаева: «Если мы не двинемся в космос, нам здесь долго не протянуть»

Текст создан в рамках проекта «Завлабы»: редакция PCR.news задает вопросы руководителям лабораторий, отделов и научных групп. Что бы вы сделали, если бы были всемогущи? Как должен выглядеть идеальный мир через 50 лет? Что вам не дает покоя? Какому главному правилу вы можете научить начинающих исследователей? И так далее.

Мы занимаемся возбудителями сапронозов — листериями и пищевыми иерсиниями. Практически все бактерии, принадлежащие к одному виду, несут похожий набор факторов патогенности. Тем не менее заболевание у человека вызывают только отдельные клональные группы. Например, дальневосточную скарлатиноподобную лихорадку вызывают несколько клонов Yersinia pseudotuberculosis, циркулирующих на нашем Дальнем Востоке. С листериями похожая ситуация.

Если инфекция пищевая, бактерии попадают в кишечник, а потом им нужно пересечь кишечный барьер. Есть факторы инвазии, которые опосредуют этот этап. В 2005 году мы предположили, что высоковирулентные клоны имеют особые варианты факторов инвазии. В последние несколько лет получили грант сначала от РНФ, потом от РФФИ, создали экспериментальные модели и увидели на культурах клеток, как разные варианты приводят к существенным различиям в клеточном ответе. Потом на моделях беременных мышей показали, что при отдельных вариантах возникает внутриутробная инфекция и поражается плод, а при других вариантах этого не происходит. Гипотеза, которая была сформулирована на основе эпидемиологических данных и неких общих соображений, оказалась правильной. Мы получили прямые подтверждения. Это было, конечно, очень здорово.

Эта гипотеза очень серьезная. Мы ее хорошо доказали для одного возбудителя, для одного белка. Для второго возбудителя и для других белков у нас есть эпидемиологические данные, но экспериментальных данных нет. Возбудители сапронозов — это не только листерии и иерсинии, их гораздо больше. Экспериментальное подтверждение механизмов формирования вирулентности других штаммов даст нам в руки, с одной стороны, диагностические методы, с другой стороны, возможности для очень направленной терапии. Я бы хотела закончить это.

Я бы увеличила в науке количество денег, идущих не по вертикали, а по горизонтали, через фонды РНФ и РФФИ. Мы живем в условиях нехватки финансирования. Деньги распределяются по вертикали. Получается, что руководитель учреждения определяет ключевые направления, которые должны исследоваться. Если институт маленький, то он весь попадает в сферу активности руководителя. А если институт очень большой, он не может весь попасть, потому что для того, чтобы решать проблемы, нужно определенное число людей и определенное количество денег. И вот денег хватает, только чтобы решить приоритетные проблемы.

Я эксперт и в РФФИ, и в РНФ, я вижу, что есть очень хорошие проекты, и суммы, которые выделяются, недостаточны. Моя наука экспериментальная, она требует очень большого финансирования. Две капли антител стоят 80 000 рублей, а без этих антител я не могу понять, как клетка отвечает на мои бактерии.

В этом году я присутствовала при запуске космического корабля на Байконуре. Меня это просто потрясло. Стоишь и рыдаешь, глядя, как он поднимается, медленно-медленно. В нем наши бактерии полетели, для эксперимента. Мы сейчас работаем с фирмой 3D Bioprinting Solutions. У них есть прибор, который позволяет собирать клетки так, что они левитируют в одной точке. Это называется магнитная фокусировка левитирующих объектов. Если помещать туда бактерии, они собираются в одной точке и формируют агрегат, который напоминает биопленки, но у него немножечко другие механизмы формирования. Возможно, отчасти он напоминает то, что происходит в космосе. Мы послали в космос наших бактерий, чтобы сравнить свойства того, что было получено на земле, с тем, что будет в космосе, в невесомости.

Меня впечатлило, что теория Хокинга оказалась правильной. Что обнаружили утечку на квантовом уровне из черных дыр. Меня впечатлил Владимир Владимирович Путин своим погружением в историю Второй мировой. Отставка правительства — последнее событие, которое не может не поразить. Это было очень эффектно.

Я жду, когда мы научимся нуль-транспортировке. Жду, когда мы, наконец, освоим космос. Это меня очень занимает. Если мы не двинемся в космос, нам здесь долго не протянуть. У нас слишком энергичные люди чересчур загрязняют среду. Их нужно отправить в космос, для этого его нужно осваивать. Чтобы его осваивать, нужно получить новый способ перемещения.

Наука напоминает дорогу. Нужно смотреть на результаты эксперимента. Тебе говорят: а вот интересно туда. И ты делаешь первый шаг, а дальше перед тобой дорога. Смотришь, что у тебя получилось, и исходишь из этого. Если ты не закрываешь глаза, а просто думаешь, что это может значить, то твой второй шаг становится тебе понятен. Ты идешь, куда тебя ведет, и все.
Добавить в избранное

Комментарии

Вам будет интересно