Мемантин помог молодым людям с РАС наладить социальные контакты

Люди с расстройствами аутистического спектра (РАС) испытывают затруднения при социальных контактах. До сих пор не существовало препарата, который мог бы восстанавливать нарушенную социальную функцию. Ранние исследования показали, что у пациентов с РАС изменяется уровень глутамата в мозге, в том числе в передней поясной коре, отвечающей за социальные взаимодействия, эмоции и саморефлекцию. Некоторые исследования продемонстрировали повышенный уровень глутамата в этой области мозга у людей с РАС. Тем не менее, тестирование препаратов, воздействующих на глутамат, включая ламотриджин, амантадин и N-ацетилцистеин, привело к смешанным результатам у пациентов с РАС. Мемантин — неконкурентный антагонист глутаматных NMDA-рецепторов — показал многообещающие результаты в предварительных испытаниях, однако в клинических испытаниях не продемонстрировал преимуществ по сравнению с плацебо. Возможно, это произошло потому, что испытанная доза была мала, а в исследовании участвовали пациенты с когнитивными нарушениями. В новой работе, результаты которой опубликованы в JAMA Network Open, ученые проверили эффект высоких доз мемантина на социальную функцию у молодых людей с РАС без нарушений интеллектуального развития.

В рандомизированном двойном слепом клиническом испытании приняли участие 42 пациента с РАС без нарушений интеллектуального развития возрастом 8–17 лет. Их распределили поровну в группы мемантина и плацебо. Доза препарата повышалась в течение первых четырех недель до 20 мг, после чего высокая доза удерживалась до конца исследования (всего 12 недель). Полный курс лечения прошли 16 и 17 пациентов в группе мемантина и плацебо соответственно.

В группе мемантина наблюдался значительно более высокий уровень ответа на терапию, определенный как улучшение на 25% и более по шкале SRS-2 (Social Responsiveness Scale, шкала социальной отзывчивости) и значительное улучшение по шкале ASD-CGI-I. В группе мемантина ответ на терапию показали 9 из 16 включенных в анализ пациентов (56,2%), в группе плацебо — 4 из 19 (21,0%), что соответствует отношению шансов 4,8. В группе мемантина наблюдалась тенденция к более выраженному улучшению оценок по ряду шкал, которые, однако, не достигали статистической значимости.

Значимых различий в общем числе побочных эффектов между группами не наблюдалось. Ряд побочных эффектов встречался в группе мемантина в два и более раза чаще, чем в группе плацебо: головная боль, состояния, связанные с респираторным трактом (простуды, аллергии и прочее), снижение или повышение аппетита, суицидальные мысли, расстройства пищеварения. В группе мемантина зарегистрировано два серьезных побочных эффекта — сильная головная боль и резкое повышение раздражительности.

Авторы также измерили уровень глутамата в передней поясной коре при помощи магнитно-резонансной спектроскопии у 37 пациентов и 16 здоровых контролей. У пациентов с РАС наблюдался значимо более высокий уровень глутамата (95,5 единицы против 76,6). При стратификации пациентов по уровню глутамата у участников с высоким (более 95,5 единицы) уровнем глутамата наблюдался лучший ответ на мемантин, чем на плацебо, в то время как у участников с низким уровнем глутамата более выражен был ответ на плацебо.

Таким образом, работа показала, что мемантин способен улучшать социальную функцию у молодых людей с РАС и повышенным уровнем глутамата в мозге.

Глиомы используют глутамат для стимуляции своего роста вместо передачи электрических сигналов