Терапевтический вирусный препарат против трижды негативного рака молочной железы прошел фазу 2 КИ

Трижды негативный рак молочной железы (ТНРМЖ) — это тип опухолей, у которых отсутствуют рецепторы эстрогена, прогестерона и рецептор эпидермального фактора роста 2 типа. ТНРМЖ агрессивнее других типов рака, имеет ограниченные варианты терапии и худший прогноз при лечении. Поэтому так важно повысить эффективность существующей терапии. Предположительно, это можно сделать с помощью талимогена лагерпарепвека (Talimogene laherparepvec, T-VEC), живого аттенуированного вируса простого герпеса человека, который был генетически модифицирован для экспрессии в опухолях гранулоцитарно-макрофагального колониестимулирующего фактора (GM-CSF). T-VEC вызывает лизис опухолей с последующим высвобождением опухолевых антигенов, которые вместе с вирусным GM-CSF могут индуцировать противоопухолевый иммунный ответ.

Ученые из США провели открытое клиническое исследование фазы 2 для анализа активности T-VEC в сочетании с неоадъювантной химиотерапией у пациенток с неметастатическим ТНРМЖ. Женщинам (n = 37, возраст от 27 до 66 лет) внутрь опухолей вводили T-VEC с помощью инъекции в количестве 10⁶ БОЕ в первую неделю и 10⁸ БОЕ на 4, 6, 8 и 10 недели в сочетании с неоадъювантной химиотерапией.

В ходе иммунофлуоресцентного анализа образцов опухоли авторы выявили статистически значимое увеличение плотности CD3+CD8+ эффекторных Т-клеток и CD3+CD45RO+ Т-клеток памяти на шестую неделю терапии. У 76% пациенток наблюдалось абсолютное увеличение количества CD8+ T-лимфоцитов, инфильтрирующих в опухоль, на шестую неделю или после лечения по сравнению с исходным значением. Пропорции CD8+ эффекторов и CD8+ клеток памяти, полученные из данных деконволюции секвенирования РНК, увеличились на шестую неделю по сравнению с исходным содержанием.

Также исследователи обнаружили повышение экспрессии множества иммунных сигнальных путей и снижение экспрессии генов, связанных с пролиферацией. На девятую неделю авторы наблюдали небольшое, но статистически значимое снижение циркулирующих регуляторных Т-клеток и CD8+CXCR5+ Т-клеток, участвующих в хоминге к лимфоидным фолликулам во время вирусных инфекций.

С плохим ответом была ассоциирована оверэкспрессия генов CNTN6, MUC19, AQP3, ST18 и RFX4, а также низкий уровень экспрессии генов GJB6, FLG, SBSN, KRTDAP и KRT6A.

Из побочных эффектов пациентки в основном испытывали лихорадку, озноб, головные боли и боли в месте инъекции. У 16 участниц был зафиксирован полный ответ (45,9%), еще у восьми была минимальная остаточная опухоль (всего 65%). В течение 30 месяцев рак вернулся у четырех пациенток, что в одном случае привело к смерти, однако сюда не входили пациентки с полным ответом и минимальной остаточной опухолью. Пятеро из 37 пациенток не завершили химиотерапию.

Таким образом, T-VEC в сочетании с системной химиотерапией может усиливать иммунный ответ на ранних стадиях ТНРМЖ с высоким риском. Пока нельзя сделать выводов об эффективности терапии, хотя предварительные результаты обнадеживают, по словам авторов. Требуется дополнительное исследование T-VEC в сочетании с современной химиоиммунотерапией ТНРМЖ.

Воспалительный ответ защищает опухоль от онколитических вирусов